Суббота. Проснулся в 5 утра. Не помню, чтобы вставал так рано по собственной воле. Вышел на утреннюю зарядку. Впереди дорожки шел мужчина. Заметив меня, он остановился. Когда мы поравнялись, он спросил:
— И куда же ты так рано встаешь? Мечтаю поспать подольше уже сколько времени. Вот ладно я на работу иду. Вас возить.
Мужчина был одет в черные штаны, синяя рубашка, на одном кармане которой виднелся значок, похожий на символ московского метро.
— Вы работаете в метро?
— Да. Встаю очень рано. А бывает нужно идти на работу и к 2 и 3 часам ночи. Вся жизнь — как один день…
Я представил рабочий день машиниста поезда, когда все время проводишь под землей, вглядываясь в туннель и железную дорогу, освещенную лишь светом фар.
— Молодежь работать к нам не заманишь -, продолжал он. Все хотят работать в офисе в обычном режиме, за компьютером сидеть и по клавишам стучать. И получать хорошо, наших 65 тысяч им мало. А кто руками работать будет? Кто будет работать, когда мы уйдем?… Я уже в пенсионном возрасте, а все еще не хочу уходить. На пенсию нормально не проживёшь. Да и не знаю, смогу ли вообще бросить работу…
По последней фразе было понятно, что работу он свою любит несмотря на все отсутствие сна, монотонность, небольшую зарплату.
— Что же ты так рано встаешь? — все допытывался мужчина и добавил с сомнением — Или ты на работу идешь?
Сомнения были обоснованы, ведь вид мой был вовсе не рабочий. Шорты, футболка, кроссовки, на голове беспорядок. Сложно представить работу в Москве, на которую человек пойдет в таком виде. Конечно, есть места на Земле, где это вполне приличный вид. Где-нибудь на Бали, инструкторы по серфингу думаю одеваются примерно также. Там футболка была бы даже лишней и вместо кроссовок вполне подошли бы сланцы…
— Мне нравится вставать рано — ответил я.
— А ложишься во сколько?
— Стараюсь в районе 10-11.
— Мало спишь. Надо спать минимум по 8 часов. А где работаешь?
— Я айтишник.
— Что это?
— Ну… — задумался я, придумывая слова, чтобы попроще объяснить мужчине. — Программы пишем.
— Аааа… — засмеялся он. — Как раз то о чем я говорил сейчас. И платят наверное тысяч 150?
— Да, — улыбнулся я.
Пора было идти на зарядку. Мы попрощались, пожелав друг другу хорошего дня.
Я призадумался. Когда-то тоже мечтал о выходных как о возможности выспаться. Но однажды почувствовал, что могу высыпаться, вставая раньше, и при этом ощущать себя намного лучше в течение всего дня. Теперь нравится посвящать утро прогулке на свежем воздухе, зарядке, медитациям. И желания уже совсем другие. Все меняется, и это здОрово.
Все дело в удовлетоверенности жизнью. Нам кажется, что мы будем счастливы где-то там, когда у нас появится то-то и то-то. Но когда мы это получаем, что так давно хотели, то оказывается, что теперь хочется чего-то другого. Порой кажется, что само ожидание желаемого было приятнее, чем момент его достижения. И счастье будто ускользает из настоящего, вновь перемещается в будущее. И так можно до бесконечности. При этом мы видим множество примеров этому в нашей жизни, и все равно почему-то продолжаем гонку со временем в погоне за ускользающим счастьем.
Возникает ощущение, что счастье заключается не в исполнении желаний… Оно словно где-то совсем рядом, очень близко. Настолько, что порой его сложно разглядеть… На кончике носа? 🙂
Дополнение от 4.6.2018.
В последствии, Жизнь дала ответ на мой немой вопрос. Удивительно, но Она всегда нам отвечает тем или иным образом (особенно она это любит делать посредством жизненного опыта), поэтому надо быть осторожными со своими желаниями. Итак, через несколько месяцев мне попалась в руки книга Марка Мэнсона «The subtle art of not giving a f*ck» (название переведено на русский язык как «Тонкое искусство пофигизма»), которая прояснила понимание того, что из себя представляет простое человеческое счастье.
